worowski (worowski) wrote,
worowski
worowski

Categories:

Гозенпуд. Опера Монюшко на Ленинградской сцене. 1953.

ОПЕРА МОНЮШКО НА ЛЕНИНГРАДСКОЙ СЦЕНЕ

А. ГОЗЕНПУД

Вслед за «Галькой» па сцене советского оперного театра появилось и второе замечательное создание Станислава Монюшко — опера «Таинственный замок»1.

Сочинение «Таинственного замка» относится к последнему периоду жизни Монюшко. Замысел оперы возник в 1862 году, но работал над ней Монюшко в 1863—1864 гг. Поставленная на сцене Варшавского театра 28 сентября 1865 года, опера имела большой успех, но после третьего спектакля представления ее были приостановлены цензурой. Композитор писал своему другу Ильцевичу: «Никто не может догадаться о причинах [запрещения]. Можешь себе представить, как мне это приятно».

 

Причина цензурного вмешательства для нас вполне ясна. Польское восстание 1863 года, вызвавшее горячий отклик и поддержку русских революционных демократов, было потоплено царизмом в крови. Царская цензура наложила запрет на все, что могло хоть в какой-нибудь мере напоминать о борьбе за свободу Польши. Не миновал запрета и «Таинственный замок»: пролог оперы, в котором польские воины празднуют свою победу, и ария Стефана, вспоминающего о былой славе родной земли, слишком волновали патриотические чувства слушателей.

___________________

1 «Straszny Dwór» обычно переводится как «Страшный двор». И. Бэлза в сборнике «Станислав Монюшко» предлагает наиболее точный перевод польского заглавия оперы — «Зачарованный замок». Мы будем пользоваться тем названием, под которым опера идет на сцене Ленинградского Малого оперного театра.

 

После снятая цензурного запрещения замечательная опера Монюшко вернулась на польскую сцену, а вслед за этим была поставлена и в России (Киев, 1873 год).

Либретто «Таинственного замка» написано актером и драматургом Я. Хенциньским по одноименному рассказу писателя и фольклориста К. Вуйцицкого.

Непритязательная фабула рассказа, сводящаяся к истории женитьбы двух молодых шляхтичей, значительно обогащена в опере. Переосмысление сюжета в либретто оперы, введение патриотических мотивов, в частности пролога, несомненно, были вызваны стремлением композитора создать широкую картину польской жизни XVIII века. При этом Монюшко обратился к лучшим демократическим традициям польской литературы.

Историки польской музыки неоднократно указывали на то, что «Таинственный замок» близок к комедиям замечательного польского драматурга А. Фредро старшего. Связи между оперой и лучшими комедиями Фредро («Девичьи обеты, или магнетизм сердца», «Дамы и гусары», «Месть») обнаруживаются не только в сюжетном сходстве, но и в мягком юморе, в психологически верном изображении национального характера.

Нетрудно также установить общность некоторых сюжетных мотивов и поэтической атмосферы действия «Таинственного замка» с выдающимся произведением польской литературы — поэмой «Пан Тадеуш» А. Мицкевича, художника, чье творчество получило глубокое воплощение в музыке Монюшко.

Прочная опора на народную музыку, на

[78]

передовые традиции национальной литературы сообщает опере Монюшко черты подлинно демократического произведения. Композитор отнюдь не идеализирует старопанскую Польшу, как это пытались доказать некоторые буржуазные польские критики. Монюшко подчеркивает демократизм своих героев Збигнева и Стефана, защищавших с оружием в руках свободу Отчизны и мечтающих о том, чтобы облегчить труд крестьян. Песни Збигнева и Стефана с хором в прологе не случайно носят характер патриотических гимнов. Идея преданности Родине — центральная в опере — раскрывается в прологе, в ариях Стефана (третье действие) и Ганны (четвертое действие), в арии-полонезе Мечника (второе действие). Возвеличивая мужество и храбрость патриотов, Мечник насмешливо, язвит тех, кто, подобно франту Домазы, презирает нравы и обычаи родной страны. В образе трусливого клеветника Домазы композитор сумел запечатлеть типические черты польской аристократии, пресмыкавшейся пред всем иноземным.

В ясной, мелодически богатой музыке Монюшко запечатлены живые, разнообразные характеры героев «Таинственного замка». С убеждающей правдивостью очерчены образы романтически мечтательного Стефана, пылкого, мужественного Збигнева, суеверного слуги Мацея, благородного Мечника, поэтически обаятельной Ядвиги, грациозной, веселой Ганны, неугомонной сплетницы-хлопотуньи Чесниковой.

Среди различных оперных форм, использованных в музыкальной драматургии «Таинственного замка», особое внимание привлекают блестящие по мастерству выполнения ансамбли. Таков, например, нонет в сопровождении двойного хора (второй акт), в котором с равной силой убедительности запечатлены характеры ключника Сколубы и Мацея, затеявших комический спор об охоте на кабана, чувства двух влюбленных пар, смущенных первой встречей, и реакция на эту встречу Чесниковой, Мечника и Домазы.

По тонкости психологического рисунка не уступает нонету лирико-комедийный квартет третьего действия (Збигнев, Стефан, Ганна и Ядвига).

В действие оперы естественно вплетены поэтические картины народного быта, жанровые и обрядовые эпизоды (гадание, приезд ряженых в санях — так называемый «кулиг» и др.).

С оперой «Таинственный замок» советских слушателей познакомил коллектив Государственного польского театра имени С. Монюшко (г. Познань) во время своих прошлогодних гастролей в Москве. Сейчас постановка оперы осуществлена Ленинградским Малым оперным театром.

Хорошим профессиональным уровнем отличается музыкальная сторона спектакля. Дирижер Ю. Гамалей в общем верно чувствует стиль произведения, хотя подчас злоупотребляет замедленными темпами. Иногда эта замедленность музыкального действия происходит не по вине дирижера: целостному впечатлению, например, от оркестрового интермеццо между прологом и первым действием мешает вынужденный антракт, вызываемый перестановкой декораций; то же происходит и со вступлением к четвертому действию.

Выразительно звучат сложные ансамбли и хоры (главный хормейстер Е. Лебедев).

В спектакле немало актерских удач. Ярко воплощены мужество, пылкость, благородство характера Збигнева в исполнении А. Модестова. Артист создает образ, цельный в вокальном и сценическом отношениях. Колоритный жанрово-комедийный образ Чесниковой с большим юмором раскрывает В. Овчаренко. Хорошо вокально и сценически проводит А. Мещерякова партию Ядвиги. Хотелось бы лишь пожелать, чтобы артистка оттенила в роли не только поэтическую задумчивость своей героини, но и свойственные ей лукавство и кокетство. Обаятельный образ Ганны создает Е. Яшинникова. Артист М. Довенман выразительно поет лирическую партию Стефана. Но трактовка драматической арии с курантами представляется неверной: это героико-патриотический монолог, а не лирическое любовное излияние. Верно воплощают в спектакле характерные образы Мацея — М. Булатников и Домазы — Л. Лентовский.

Наиболее уязвимой стороной спектакля является его режиссерское решение. Несмотря на отдельные удачи, в целом работа режиссера Н. Смолича оставляет впечатление незавершенной, а многое в ней вызывает решительные возражения.

Патриотическая идея произведения не получила в спектакле достаточно полного выражения. Правда, постановщик и осо-

[79]

 

Пролог оперы «Таинственный замок» в постановке Малого оперного театра

 

бенно отдельные исполнители не прошли мимо нее. Пролог решен интересно, если не считать декоративного оформления. Но патриотическая тема не стала ведущей темой спектакля.

Сложность и своеобразие сценического решения «Таинственного замка» заключаются в том, что тема любви к Родине раскрывается в опере на жанрово-бытовом материале и, за исключением пролога, не имеет черт героики. Патриотическая тема произведения должна проявляться в ярко национальном характере героев, среды, быта.

К сожалению, в спектакле польский колорит выражен лишь в костюмах, но и здесь постановщики не избежали ошибки: изображение традиционно пышной шляхетской Польши вступает в противоречие с демократическим характером музыки. Спектаклю приданы черты условной монументальности; действие оперы перенесено в среду крупной шляхты, что явно искажает идейный смысл произведения Монюшко. Так, например, скромная комната в доме Збигнева и Стефана в спектакле превратилась в зал, а замок Мечника — во дворец, в то время как у Монюшко Мечник кругом в долгах, комнаты замка запущены, шпалеры свисают со стен (ремарка третьего действия).

На наш взгляд, неверно решена последняя картина спектакля. На сцене — блестящий зал, в котором собрались гости, приглашенные на бал-маскарад. Между тем у Монюшко показаны внезапный приезд ряженых, суматоха в замке и спешные приготовления к приему нежданных, но приятных гостей. Вместе с ними приезжают сельские музыканты, и сразу же начинается веселый, импровизированный танцовальный вечер, а не пышный, заранее подготовленный бал. Неверное режиссерское решение этой картины вступило в противоречие с музыкой Монюшко. В опере ряженые пляшут мазурку под аккомпанемент деревенских музыкантов, и самый характер этой сельской мазурки противоречит пышному придворному танцу, который мы видим в спектакле (балетмейстер Б. Фенстер).

Все решение последнего акта лишено

[80]

безыскусственного веселья и непринужденности, характерных для музыки Монюшко. Вместо поэтической жанрово-бытовой картины — на сцене безликий, ложнопомпезный оперный финал.

Постановщик спектакля весьма вольно обращается с авторскими ремарками, неоправданно меняет место действия (пролог) или дробит акт на картины (последнее действие). Пролог в спектакле развертывается на подворье корчмы. У Монюшко же действие пролога происходит в военном лагере в лесу. Осень. Солдаты разводят костер и, расположившись на биваке, празднуют победу. Торжественная военная обстановка отвечает характеру музыки.

Спорным представляется перенесение действия оперы в XVII век (у Монюшко события происходят в XVIII веке). Домазы в спектакле облачен в камзол, тогда как у Монюшко он щеголяет во фраке, в чем его упрекают и Мечник, и Ганна.

Хочется остановиться также на переводе либретто (автор В. Павловская-Боровик). Поэтический текст польского оригинала не нашел в нем соответствующего воплощения. Приведем несколько примеров. В прологе Стефан и Збигнев клянутся, что ржавчина не покроет их сердец и оружия. Для того, чтобы навсегда сохранить свободу служения Отчизне, они намереваются остаться холостыми. В переводе причина и следствие переменились местами:

Но, чтоб избегнуть нам женской власти

И доблесть рыцарей тем сохранить (!),

Забудем оба порывы страсти,

Чтоб нам свободными вечно быть.

Перевод принципиально неверен, а между тем здесь заключена завязка действия.

Текст изобилует канцелярскими оборотами вроде следующего:

К старику поедем лично,

Он отцу приятель был.

Со словом лично в переводе рифмуется неприлично!

Неудачно выражено любовное чувство Стефана:

В беспокойстве неустанном

Мысль летит ко взорам Ганны.

А войдя под этот кров,

В страхе слышу сердца зов.

В переводе много неловких синтаксических оборотов, ненужных инверсий. Так, хор поет, обращаясь к Мечнику:

Вашей чести кто тут вор?

Кто навлек на вас позор?

Недостатки перевода свидетельствуют о том, что театр не довел начатую им работу по редактированию текста до конца.

Не завершена и работа над спектаклем в целом. Необходимо более последовательно выявить идею произведения, устранив разрыв между музыкой и сценическим воплощением оперы. А сделать это можно, углубив характеристики героев, подчеркнув их демократический и национальный характер.

Работа над постановкой «Таинственного замка» должна быть продолжена. Только при этом условии спектакль окажется достойным замечательного произведения Монюшко.


[81]

 

Гозенпуд А. Опера Монюшко на Ленинградской сцене // Советская музыка. 1953. № 9. с. 78–81.



Tags: Польша
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment